russkiy_malchik
- November 3rd
Все предыдущие десять лет День народного единства воспринимался большинством россиян как искусственный и малопонятный праздник, этакие лишние выходные в хмурые ноябрьские дни. Говорили о попытке власти затушить воспоминания людей о дне октябрьской революции. Указывали, что произошедшее 400 лет назад, хоть и великое событие, не может быть актуальным и по-настоящему праздничным для современников. Особо рьяные критики и вовсе утверждали, что данный праздник есть глупость и жалкая попытка власти выдать желаемое (единение народа) за действительное. Между тем смысл этого праздника более чем очевиден, хоть и не был до конца прочувствован гражданами. Его беда в том, что он опередил время и еще не дозрел для восприятия массовым сознанием. Его актуальная часть намеренно прикрывается исторической, и это-то и приводит в замешательство современников.
Но актуальность легко обнаруживается, если вспомнить, что День народного единства является символом преодоления смуты. Сразу вопрос – какой смуты? 17-го века? Если в официальных речах и в мифологии праздника вспоминается смута 1600-х, то это не значит, что имеется в виду именно она, а не последняя смута 90-х. Та самая, что до сих пор незаживаемой раной сидит в душах миллионов русских людей. Власть прекрасно это понимает. И когда во время празднования 4 ноября официальные лица говорят о событии 400-летней давности, подразумевается именно преодоление катастрофы 90-х, спасение России от окончательной гибели в 1999 году. Когда Патриарх Кирилл рассказывает о том, что русский народ преодолел свою слабость и усилиями ополчения Минина и Пожарского выгнал из Кремля поляков и предательскую Семибоярщину, то в его проникновенных словах слышится отклик на куда более свежие события – разгон Семибанкирщины, завершение чеченской войны, возвращение государственной власти из-под контроля олигархата и многое другое.
