обозреватель
Сдувается мыльный пузырик. Радужный, нефтяной.
Он был красив: бутики и рестораны, поездки на Мальту, устрицы и профитроли, рекламный бизнес и дома на Новой Риге – все это его переливы.
Грустно сидит над тарелкой с роллами юрист по арбитражному праву: его фирма закроется в течении полугода. Тянет коктейль работник компании-импортера: рабочая неделя у них сокращена до трех дней, заработная плата – на сорок процентов. В новых предложениях, которые исправно присылает им «Хедхантер», зарплата в разы меньше.
Меньше переливов. Кредитных автомобилей, дешевых кредитов, студий на Воробьевых горах, колонок в глянце, айфонов.
– «Левые» у нас профессии, – констатирует еще один участник посиделок, руководитель отдела рекламной компании (зарплату задерживают на месяц). «Левые» – значит, необязательные. Являющиеся производным от чужого бизнеса, признаком чужого успеха, завитком крема на чужом торте. Это дизайнеры, рисующие этикетки для товаров бизнесменов, и косметологи, делающие эпиляцию их женам. Пиарщики, мерчендайзеры, составители спам-программ, все эти: «Хочешь работать два часа в день и отдыхать за границей несколько раз в год?».
Обслуга бизнеса. Индустрия роскоши. Переливы на пузыре.
В дни бедствия и кризиса, в дни, когда страна по любой причине садится на голодный паек, вес приобретают совсем другие профессии. В мирное время мало оплачиваемые и презираемые сливками общества: учителя (государство не откажется от их труда, что бы там ни было). Ремонтники обуви. Рабочие всех мастей. Водители троллейбусов.
Все эти люди крепко стоят на земле и находятся ближе к ней, они – производители товаров и самых необходимых услуг. Они – сермяжная правда и соль земли. А мы (и журналисты тоже, да) – идем под нож.
Бизнес сегодня, выпучив глаза, бежит из России: закрывает представительства и офисы, отменяет контракты, массово скупает недвижимость в Праге и Лондоне. Вывозит капиталы, как умеет. Не хочет делить со страной время бедствий.
Бегите быстрее, окошко закрывается. Временное окошко, в которое нужно успеть. Неприятных новостей все больше. Что-то будет. Какие-то перемены.
Он был красив: бутики и рестораны, поездки на Мальту, устрицы и профитроли, рекламный бизнес и дома на Новой Риге – все это его переливы.
Грустно сидит над тарелкой с роллами юрист по арбитражному праву: его фирма закроется в течении полугода. Тянет коктейль работник компании-импортера: рабочая неделя у них сокращена до трех дней, заработная плата – на сорок процентов. В новых предложениях, которые исправно присылает им «Хедхантер», зарплата в разы меньше.
Меньше переливов. Кредитных автомобилей, дешевых кредитов, студий на Воробьевых горах, колонок в глянце, айфонов.
– «Левые» у нас профессии, – констатирует еще один участник посиделок, руководитель отдела рекламной компании (зарплату задерживают на месяц). «Левые» – значит, необязательные. Являющиеся производным от чужого бизнеса, признаком чужого успеха, завитком крема на чужом торте. Это дизайнеры, рисующие этикетки для товаров бизнесменов, и косметологи, делающие эпиляцию их женам. Пиарщики, мерчендайзеры, составители спам-программ, все эти: «Хочешь работать два часа в день и отдыхать за границей несколько раз в год?».
Обслуга бизнеса. Индустрия роскоши. Переливы на пузыре.
В дни бедствия и кризиса, в дни, когда страна по любой причине садится на голодный паек, вес приобретают совсем другие профессии. В мирное время мало оплачиваемые и презираемые сливками общества: учителя (государство не откажется от их труда, что бы там ни было). Ремонтники обуви. Рабочие всех мастей. Водители троллейбусов.
Все эти люди крепко стоят на земле и находятся ближе к ней, они – производители товаров и самых необходимых услуг. Они – сермяжная правда и соль земли. А мы (и журналисты тоже, да) – идем под нож.
Бизнес сегодня, выпучив глаза, бежит из России: закрывает представительства и офисы, отменяет контракты, массово скупает недвижимость в Праге и Лондоне. Вывозит капиталы, как умеет. Не хочет делить со страной время бедствий.
Бегите быстрее, окошко закрывается. Временное окошко, в которое нужно успеть. Неприятных новостей все больше. Что-то будет. Какие-то перемены.

