воскресенье, 7 мая 2017 г.

А. Росляков. Картина кровью: до и после

https://cont.ws/@alexandrus1/60858707.05.17.

Публицист
КОНТ

https://cont.ws/uploads/posts/608587.jpg

Две старушки вечерком
Разболтались о былом:

«Помнишь моего Ванюшу, –
Говорит одна старушка, –

Мы с ним в пятьдесят шестом
Поженились с ветерком!

Он приехал по вербовке
Строить наш химкомбинат,
Жить сперва пришлось в бытовке,
А потом пошло на лад…»

«Как же, помню, били сваи, –
Отвечала ей другая, –

Но пустили в срок завод!
Это был который год?»

«Пятьдесят восьмой – и в нем
Городской ввели роддом.

Там наш первенец родился,
Ох как Ваня мой гордился!..

Дальше жизнь пошла пошире:
Дали комнату в квартире,

А еще спустя два года –
И свою уж от завода…»

«Мы же вместе заезжали,
Помнишь, как тогда плясали!

Не хватало лишней ложки,
Но зато была гармошка!»

«Да уж, жили – не тужили!
Сколько пота с нас стекло:
После смены – бряк без силы,
А с утра опять светло!»

«Помнишь, как у нас пластины
Стали делать для ракет –
И тогда меня и Зину
Записали в женсовет?

Вот уж нашему парторгу
И попортили мы кровь:
Все навинчивал нам норму,
А ему не прекословь!..»

«А потом в театр ходили,
В новый, только что открыли –

Это бишь в каком году?»
Ну и дальше: ду-ду-ду…

Как вводили дом культуры,
Стадион, аэропорт,
Как давали гарнитуры
И путевки на курорт,

И как было все ладóм –
Но все это было «до».


После строй воспоминаний
Переходит на минор:
«Эти вот, как таракане,
Захватили наш простор!

Только, кажется, зажили –
Девяносто первый год!
Сколько всех тогда убили,
Сколько сделали сирот!..

Внук подался в бизнесмены –
Уж чего пережила!
Все пришлось продать, хоть стены,
Хорошо, уберегла…»

«Помнишь, в девяностом пятом
Как взорвался элеватор?

Урожай пропал в полях,
Пыль скопилась – и бабах!..»

«А какой завод консервный
Был – две области кормил!
Только стал акционерный,
Как во вторцветмет уплыл!..»

«А на следующий год
Сдох и радиозавод.

Комбинат – и тот закрыли…»
«Моего тогда убили,

Тем же летом, старика
Возле нашего ларька

За наручные часы –
Это люди или псы?»

«А у нас внучка Егорку
Хоронили – помнишь, как?
Шел на эту их разборку –
И схватил в живот тесак!..»

«Дочь одна обогатилась,
Я уж на нее молилась:

Хоть она у нас в цвету –
Внук запал на наркоту!

Тоже сколько слез излили –
Но и он уже в могиле!..»

«А в две тысячи восьмом
Кризис бах – и кувырком

Покатился внук последний,
Сел на нары как посредник…»

«Это нефть нас всех сгубила,
Всех работать разучила,

Все и гибнут без труда!»
«Это точно, это да.

Лишь торговля распустилась,
Остальное все закрылось,

А какой речной был порт!..»
«А какой аэропорт!..»

«Кто за это все ответит?
И чего нам дальше светит,

Если этот же парторг
Стал сегодня первый вор?

Восемнадцать лет, как мэр –
И клянет СССР!»

«Не за тех голосовали –
Вот и выпер он, холуй!»
«Так других-то нам не дали,
Голосуй, не голосуй!..

Мне себя уже не жалко,
Лишь бы внучека спасти!..
Жили ведь и в коммуналке,
И с буржуйками в клети…

Вот дожили до седин:
Морг работает один!

Все ушло ни за понюшку…»
Заболтались две старушки,

Полоская, как белье,
Их минувшее житье,

Рассеченное до кости
На вот это «до» и «после»…

Загуторят, замолчат,
Вороша добро и лихо
И оплакивая тихо
Неудачливых внучат.


На дворе все ближе к ночи,
Гаснут их старушьи очи
И печальные мозги.
И терпеть уже нет мочи –
И на улице ни зги…

Комментариев нет:

Отправить комментарий